После усек­но­ве­ния гла­вы Про­ро­ка, Пред­те­чи и Кре­сти­те­ля Гос­под­ня Иоан­на, тело его было погре­бе­но уче­ни­ка­ми в сама­рий­ском горо­де Сева­стии, а чест­ная гла­ва сокры­та Иро­ди­а­дой в бес­чест­ном месте. Бла­го­че­сти­вая Иоан­на, жена цар­ско­го домо­пра­ви­те­ля Хузы (о ней упо­ми­на­ет свя­той еван­ге­лист Лука – Лк. 8, 3), тай­но взя­ла свя­тую гла­ву, поло­жи­ла ее в сосуд и погреб­ла на горе Еле­он­ской – в одном из поме­стий Ирода.

Через мно­го лет поме­стье это пере­шло во вла­де­ние бла­го­че­сти­во­му вель­мо­же Инно­кен­тию, кото­рый стал стро­ить там цер­ковь. Когда копа­ли ров для фун­да­мен­та, был обре­тен сосуд с чест­но’й гла­вой Иоан­на Кре­сти­те­ля. Инно­кен­тий узнал о вели­чии свя­ты­ни по быв­шим от нее бла­го­дат­ным зна­ме­ни­ям. Так про­изо­шло Пер­вое обре­те­ние гла­вы. Инно­кен­тий хра­нил ее с вели­чай­шим бла­го­го­ве­ни­ем, но перед сво­ей смер­тью, боясь, как бы свя­ты­ня не была пору­га­на невер­ны­ми, он сно­ва скрыл ее в том самом месте, где обрел… По кон­чине его цер­ковь при­шла в запу­сте­ние и разрушилась.

В дни рав­ноап­о­столь­но­го царя Кон­стан­ти­на Вели­ко­го, когда хри­сти­ан­ская вера ста­ла про­цве­тать, двум ино­кам, при­шед­шим в Иеру­са­лим на покло­не­ние свя­тым местам, два­жды явил­ся сам свя­той Пред­те­ча и открыл место нахож­де­ния сво­ей чест­ной гла­вы. Ино­ки отры­ли свя­ты­ню и, поло­жив ее в мешок из вер­блю­жьей шер­сти, пошли к себе домой. По доро­ге они встре­ти­ли незна­ко­мо­го гор­шеч­ни­ка и дали ему нести дра­го­цен­ную ношу. Не зная, что он несет, гор­шеч­ник спо­кой­но про­дол­жал путь. Но ему явил­ся сам свя­той Пред­те­ча и велел бежать от нера­ди­вых и лени­вых ино­ков вме­сте с тем, что было у него в руках. Гор­шеч­ник скрыл­ся от ино­ков и дома с поче­стью хра­нил чест­ную гла­ву. Перед смер­тью он запе­ча­тал ее в водо­нос­ный сосуд и пере­дал сест­ре. С тех пор чест­ная гла­ва была пре­ем­ствен­но хра­ни­ма бла­го­го­вей­ны­ми хри­сти­а­на­ми, пока ее обла­да­те­лем не стал свя­щен­ник Евста­фий, зара­жен­ный ари­ан­ской ере­сью. Он совра­тил мно­же­ство недуж­ных, исце­лив­ших­ся от свя­той гла­вы, при­пи­сы­вая бла­го­дать ере­ти­че­ству. Когда его кощун­ство откры­лось, он был вынуж­ден бежать. Зако­пав свя­ты­ню в пеще­ре, близ Емес­сы, ере­тик рас­счи­ты­вал впо­след­ствии вер­нуть­ся и сно­ва овла­деть ею для рас­про­стра­не­ния лже­уче­ния. Но Бог не допу­стил это­го. В пеще­ре посе­ли­лись бла­го­че­сти­вые ино­ки, а потом на этом месте воз­ник монастырь.

В 452 г. архи­манд­ри­ту этой оби­те­ли Мар­кел­лу свя­той Иоанн Кре­сти­тель в виде­нии ука­зал место сокры­тия сво­ей главы.

Это обре­те­ние ста­ло празд­но­вать­ся как вто­рое. Свя­ты­ня была пере­не­се­на в Емес­су, а затем в Константинополь.

Тро­парь, глас 4

От зем­ли́ воз­си­я́в­ши Пред­те́­че­ва гла­ва́, /​лучи́ испу­ща́ет нетле́­ния, ве́р­ным исце­ле́­ний, /​свы­́­ше соби­ра́ет мно́­же­ство Ангел, /​до́­ле же созы­ва́ет чело­ве́­че­ский род, /​/​еди­но­гла́с­ную воз­сы­ла́ти сла́ву Хри­сту́ Бо́гу.

Кондак, глас 2

Про́ро­че Божий и Пред­те́­че бла­го­да́ти, /​гла­ву́ тво­ю́ я́ко ши́­пок свя­ще́н­ней­ший от зем­ли́ обре́т­ше, /​исце­ле́­ния все­гда́ при­е́м­лем, /​и́бо па́ки, я́ко­же пре́ж­де /​/​в ми́­ре про­по­ве́­ду­е­ши покая́ние.

Вели­ча­ние

Вели­ча́ем тя, /​Кре­сти́­те­лю Спа́­сов Иоа́нне, /​и почи­та́ем вси /​чест­ны­́я тво­е­я́ гла­вы́ /​/​обре́­те­ние.

Молит­ва про­ро­ку Иоан­ну, Пред­те­чи и Кре­сти­те­лю Господню

Кре­сти́­те­лю Хри­сто́в, про­по­ве́д­ни­че пока­я́­ния, ка́­ю­ща­го­ся не пре́зри мене́, но сово­куп­ля́я­ся с во́и Небе́с­ны­ми, моли́­ся ко Вла­ды­́­це за мене́, недо­сто́й­на­го, уны­́ла­го, немощ­на́­го и печа́ль­на­го, во мно́­гия бе́­ды впа́д­ша­го, утруж­де́н­на­го бу́р­ны­ми по́­мыс­лы ума́ мое­го́. Аз бо есмь вер­те́п злых дел, отню́дь не име́яй кон­ца́ гре­хо́в­но­му обы­́­чаю, при­гвож­де́н бо есть ум мой зем­ны­́м веще́м. Что сотво­рю́? Не вем. И к кому́ при­бе́­г­ну, да спа­се́­на бу́­дет ду́­ша моя́? То́к­мо к тебе́, свя­ты­́й Иоа́нне, бла­го­да́ти тезо­име­ни́­те, я́ко тя пред Го́с­по­дем по Бого­ро́­ди­це вем бо́ль­ша бы́ти рож­де́н­ных всех, ты бо спо­до́­бил­ся еси́ кос­ну́ти­ся верху́ Царя́ Хри­ста́, взе́м­лю­ща­го гре­хи́ ми́­ра, А́гн­ца Бо́­жия. Его́­же моли́ за гре́ш­ную мою́ ду́­шу, да поне́ отны­́не, в пе́р­вый на́­де­сять час, поне­су́ тяго­ту́ бла­гу́ю и при­и­му́ мзду с после́д­ни­ми. Ей, Кре­сти́­те­лю Хри­сто́в, чест­ны­́й Пред­те́­че, кра́й­ний Про­ро́­че, пе́р­вый во бла­го­да́ти му́­че­ни­че, по́ст­ни­ков и пусты­́н­ни­ков наста́в­ни­че, чисто­ты́ учи́­те­лю и бли́ж­ний дру́­же Хри­сто́в! Тя молю́, к тебе́ при­бе­га́ю: не отри́­ни мене́ от тво­е­го́ заступле́­ния, но воз­ста́ви мя, низ­ве́р­жен­на­го мно́­ги­ми гре­хи́. Обно­ви́ ду́­шу мою́ пока­я́­ни­ем, я́ко вто­ры­́м кре­ще́­ни­ем, поне́­же обо­е­го́ нача́ль­ник еси́: кре­ще́­ни­ем омы­ва́яй пра­ро­ди́­тель­ный грех, пока­я́­ни­ем же очи­ща́яй кое­го́ж­до де́­ло скве́р­но. Очи́­сти мя, гре­ха́­ми осквер­не́н­на­го, и пону́­ди вни́ти, а́мо­же ничто́­же скве́р­но вхо́­дит, в Ца́р­ствие Небе́с­ное. Ами́нь.

В этот день свя­тая Цер­ковь так­же празд­ну­ет память:

Прп. Ераз­ма Печер­ско­го, в Ближ­них пеще­рах (ок. 1160).