Когда и кем была при­не­се­на ико­на в Рос­сию из Гре­ции — об этом вполне ясных и досто­вер­ных све­де­ний нет. Евге­ний Посе­ля­нин ука­зы­вал, что име­лось одно ска­за­ние, в кото­ром сооб­ща­лось, что в Рос­сию ико­на попа­ла в сере­дине XI века (в 1046 году), когда визан­тий­ский импе­ра­тор Кон­стан­тин IX Моно­мах бла­го­сло­вил ею в доро­гу свою дочь — царев­ну Анну, став­шую женой кня­зя Все­во­ло­да Яро­сла­ви­ча. Ико­на ста­ла родо­вой свя­ты­ней рус­ских кня­зей, сим­во­лом пре­ем­ствен­но­сти и дина­сти­че­ской бли­зо­сти Кон­стан­ти­но­по­ля и Руси. Сын Все­во­ло­да Яро­сла­ви­ча князь Вла­ди­мир Моно­мах в 1095 году пере­нёс ико­ну из Чер­ни­го­ва (сво­е­го пер­во­го уде­ла) в Смо­ленск, где в 1101 году зало­жил храм Успе­ния Пре­свя­той Бого­ро­ди­цы, в кото­ром ико­на и была постав­ле­на и ста­ла име­но­вать­ся Смоленской.

Цер­ков­ное пре­да­ние при­пи­сы­ва­ет иконе помощь в спа­се­нии горо­да в 1239 году от наше­ствия войск Батыя.

В XV веке ико­на ока­за­лась в Москве.

Име­ет­ся так­же ука­за­ние, что что ико­ну Смо­лен­ской Бого­ма­те­ри взя­ли в Смо­лен­ске татар­ские ханы и пода­ри­ли мос­ков­ско­му князю.

Ико­на была поме­ще­на в Бла­го­ве­щен­ском собо­ре Мос­ков­ско­го Крем­ля спра­ва от Цар­ских врат.

В 1456 году посоль­ство епи­ско­па Смо­лен­ско­го Миса­и­ла про­си­ло вели­ко­го кня­зя Васи­лия Тём­но­го вер­нуть им ико­ну. Князь по сове­ту с мит­ро­по­ли­том Ионой решил испол­нить прось­бу смо­лен­ских послов и вер­нуть свя­ты­ню. Ико­ну тор­же­ствен­но, с крест­ным ходом, 18 янва­ря 1456 года (по дру­гим све­де­ни­ям — 28 июля 1456 года) вынес­ли из Крем­ля и про­во­жа­ли до Сав­ви­на мона­сты­ря на Деви­чьем поле, у въез­да на Ста­рую Смо­лен­скую доро­гу, где после про­щаль­но­го молеб­на отпу­сти­ли в Смоленск.

Соглас­но Мара­ту Сух­ма­ну, ико­ну про­во­жа­ли «не до Сав­вин­ско­го мона­сты­ря, а до церк­ви Бла­го­ве­ще­ния в Доро­го­мило­ве»; оба вари­ан­та при­во­дят­ся Ива­ном Снегирёвым.

Преж­де чем вер­нуть ико­ну в Смо­ленск, с неё сня­ли точ­ный спи­сок «мера в меру», кото­рый оста­вал­ся в Бла­го­ве­щен­ском собо­ре до 1525 года, когда был пере­не­сён 28 июля в Ново­де­ви­чий мона­стырь, осно­ван­ный годом ранее по слу­чаю воз­вра­ще­ния Смо­лен­ска Рос­сии от Лит­вы; с это­го момен­та и был уста­нов­лен день празд­но­ва­ния ико­ны — 28 июля/​10 августа.

Во вре­мя Оте­че­ствен­ной вой­ны 1812 года Ири­ней (Фаль­ков­ский) вывез 5 — 6 авгу­ста ико­ну из Смо­лен­ска в Моск­ву и в день Боро­дин­ско­го сра­же­ния её вме­сте с почи­та­е­мы­ми чудо­твор­ны­ми ико­на­ми Ивер­ской и Вла­ди­мир­ской обнес­ли вокруг Бело­го горо­да и Крем­ля. Перед вступ­ле­ни­ем фран­цу­зов в город ико­ну вывез­ли в Яро­славль; в 20‑х чис­лах декаб­ря она была воз­вра­ще­на в Смоленск.

Перед рус­ски­ми вой­ска­ми нака­нуне Боро­дин­ско­го сра­же­ния про­нес­ли спи­сок ико­ны из надврат­ной церк­ви Рож­де­ства Бого­ро­ди­цы Смо­лен­ско­го крем­ля, напи­сан­ный в 1602 году воз­вра­щён он был в Смо­ленск 10 нояб­ря 1812 года.

Спи­сок ико­ны 1456 года был выве­зен игу­ме­ни­ей мона­сты­ря Мефо­ди­ей вме­сте с риз­ни­цей 31 авгу­ста в Вологду.

Пер­во­об­раз ико­ны хра­нил­ся в Успен­ском собо­ре Смо­лен­ска, но после окку­па­ции горо­да немец­ки­ми вой­ска­ми в 1941 году ико­на не была най­де­на. В после­во­ен­ный пери­од место древ­ней ико­ны в Успен­ском собо­ре Смо­лен­ска зани­ма­ет ико­на нача­ла XVII века из хра­ма над Дне­пров­ски­ми воро­та­ми Смо­лен­ско­го кремля.

Одним из почи­та­е­мых спис­ков Смо­лен­ской ико­ны явля­ет­ся Смо­лен­ская Буга­баш­ская ико­на Божи­ей Мате­ри, кото­рая хра­нит­ся в одно­имён­ном жен­ском мона­сты­ре — Бого­ро­ди­це-Оди­гит­ри­ев­ском жен­ском мона­сты­ре села Буга­ба­ше­во Бака­лин­ско­го рай­о­на Рес­пуб­ли­ки Башкортостан.

Тро­парь, глас 4

К Бого­ро́­ди­це при­ле́ж­но ны́не при­те­це́м, /​греш­ни́и и сми­ре́н­нии, и при­па­де́м, /​в пока­я́­нии зову́­ще из глу­би­ны́ души́: /​Вла­ды­́­чи­це, помо­зи́, на ны мило­се́р­до­вав­ши, /​пот­щи́­ся, поги­ба́ем от мно́­же­ства пре­гре­ше́­ний, /​не отвра­ти́ Тво­я́ рабы́ тщи, /​/​Тя бо и Еди́­ну наде́ж­ду и́мамы.

Кондак, глас 6

Пред­ста́­тель­ство хри­сти­а́н непо­сты­́д­ное, /​хода́тай­ство ко Твор­цу́ непре­ло́ж­ное, /​не пре́зри гре́ш­ных моле́­ний гла́­сы, /​но пред­ва­ри́, я́ко Бла­га́я, на по́­мощь нас, /​ве́р­но зову́­щих Ти: /​уско­ри́ на моли́тву и пот­щи́­ся на умо­ле́­ние, /​/​пред­ста́­тель­ству­ю­щи при­́с­но, Бого­ро́­ди­це, чту́­щих Тя.

Вели­ча­ние

Вели­ча́ем Тя, /​Пре­свя­та́я Де́во, /​Бого­из­бра́н­ная Отро­ко­ви́­це, /​и чтим о́браз Твой свя­ты­́й, /​и́м­же то́­чи­ши исце­ле́­ния /​/​всем с ве́рою притека́ющим.

Молит­ва пред ико­ной Пре­свя­той Бого­ро­ди­цы “Оди­гит­рия”

К кому́ возо­пи­ю́, Вла­ды­́­чи­це? К кому́ при­бе́­г­ну в го́ре­сти мое́й, а́ще не к Тебе́, Цари́­це Небе́с­ная? Кто плач мой услы­́­шит и воз­ды­ха́­ние при­и́­мет, а́ще не Ты, Пре­не­по­ро́ч­ная, Наде́ж­до хри­сти­а́н и При­бе́­жи­ще нам, гре́ш­ным? Кто па́­че Тебе́ в несча́­сти­их защи­ти́т? Услы­́­ши сте­на́­ние мое́ и при­к­ло­ни́ у́хо Тво­е́ ко мне, Вла­ды­́­чи­це и Ма́ти Бо́­га мое­го́. Не пре́зри и́щу­ща­го Тво­е­я́ по́­мо­щи и не отри́­ни мене́ гре́ш­на­го, Цари́­це Небе́с­ная! Научи́ мене́ испол­ня́ти во́­лю Сы́­на Тво­е­го́ и да́руй жела́­ние все­гда́ сле́­до­ва­ти Его́ свя­ты­́м за́­по­ве­дем. За мой ро́­пот в боле́з­нях, тру­да́х и несча́­сти­ях не отсту­пи́ от мене́, но бу́­ди Ма́­те­рию и Покро­ви́­тель­ни­цею мене́ мало­ду́ш­на­го, Цари́­це моя́ Пре­б­ла­га́я, Засту́п­ни­це Усе́рд­ная! Тво­и́м хода́тай­ством пре­гре­ше́­ния моя́ покры­́й, от ви́­ди­мых и неви́­ди­мых вра­го́в защи­ти́, серд­ца́ враж­ду­́­ю­щих про́тив мене́ смяг­чи́ и Хри­сто́­вою любо́вию согре́й их. Мне же немощ­но́­му да́руй Тво­ю́ все­си́ль­ную по́­мощь побе­ди́ти моя́ гре­хо́в­ныя при­вы­́ч­ки, да́­бы, очи́­щен­ный пока­я́­ни­ем и после́­ду­ю­щею доб­ро­де́­тель­ною жи́з­нию, в обще́­нии со Свя­то́ю Це́р­ко­вью про­ве́л осталь­ны­́я дни зем­на́­го стра́н­ствия. Пред­ста́­ни мне, Наде́ж­до всех хри­сти­а́н, в час кон­чи́­ны мое­я́ и под­кре­пи́ мою́ ве́­ру в сме́рт­ный тя́ж­кий час. Воз­не­си́ за мене́, мно­го­пре­гре­ша́­ю­ща­го в жи́з­ни сей, Тво­я́ все­си́ль­ныя моли́т­вы по отше́ствии мое́м, да оправ­да́ет мене́ Гос­по́дь и соде́­ла­ет при­ча́ст­ни­ком Его́ бес­ко­не́ч­ных ра́­до­стей. Ами́нь.

В этот день свя­тая Цер­ковь так­же празд­ну­ет память:

Апп. от 70-ти Про­хо­ра, Ника­но­ра, Ти́­мо­на и Пар­ме́­на диа­ко­нов (I). Свт. Пити­ри­ма, еп. Там­бов­ско­го (1698). Собор свя­тых Там­бов­ской мит­ро­по­лии. Прп. Мои­сея, чудо­твор­ца Печер­ско­го, в Даль­них пеще­рах (XIII-XIV). Мчч. Иули­а­на Дал­мат­ско­го (II), Евста­фия вои­на (ок. 316) и Ака­кия (ок. 322). Прп. Пав­ла Кси­ро­по­там­ско­го (Х). Сщмч. Нико­лая Поно­ма­ре­ва диа­ко­на (1918); прмч. Васи­лия Эре­ка­е­ва, прмцц. Ана­ста­сии Кама­е­вой и Еле­ны Асташ­ки­ной, мчч. Аре­фы Ерём­ки­на, Иоан­на Лома­ки­на, Иоан­на Сель­ма­но­ва, Иоан­на Милеш­ки­на и мц. Мав­ры Мои­се­е­вой (1937). Греб­нев­ской (1380), Костром­ской (1672) и «Уми­ле­ние» Сера­фи­мо-Диве­ев­ской (1885) икон Божи­ей Мате­ри. Чти­мые спис­ки со Смо­лен­ской ико­ны Божи­ей Мате­ри: Устю­жен­ская (1290), Выд­ро­пус­ская (XV), Хри­сто­фо­ров­ская (XVI), Суп­расль­ская (XVI), Югская (1615), Игриц­кая (1624), Шуй­ская (1654 – 1655), Сед­ми­е­зер­ная (XVII), Сер­ги­ев­ская (в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ре) (1730).